Все права защищены © И. Герцкович и М. Гельфанд.
Данное художественное произведение распространяется в электронной форме с ведома и согласия владельцев авторских прав на некоммерческой основе, при условии сохранения целостности и неизменности текста, включая сохранение настоящего уведомления.
Любое коммерческое использование настоящего текста без ведома и прямого согласия владельцев авторских прав НЕ ДОПУСКАЕТСЯ.
По всем вопросам, связанным с коммерческим использованием текста, обращаться:
по тел. 03-5064592, 0546-949318, (в Израиле) или m_gelfand_2000@yahoo.com

«Оранж» - это международная фирма мобильной связи, так она называется в Израиле, хотя в других странах она может называться иначе.
«Смотри в будущее, слушай «Оранж» - ее рекламный слоган,вбитый повторением ежедневным и многократным в мозги каждого израильтянина, от трехлетних несмышленышей в яслях до девяностотрехлетних обитателей домов престарелых с усиленным уходом.
Верую! Верую полной верой, что эта фирма пребудет в веках, независимо от того, будет ли существовать Израиль или арабы, что более вероятно, сотрут его с лица земли.
И вот два рассказа об этом:

Смотри в будущее, слушай «Оранж»

Самая качественная сеть, самые лучшие цены!

Отсюда, с вершины холма, уходящие к горизонту ряды армейских палаток, выцветших до светло-кремового цвета, ровно расставленных на вытоптанной светло-желтой земле, выглядят как бесконечное кладбище с одинаковыми надгробиями. Борта у большинства палаток подняты. Их обитатели, собравшись в тени (издали это выглядит кучами разноцветного тряпья), ловят последнюю прохладу вечернего ветра. Скоро лето. Скоро настоящая жара...
Некоторые редкие палатки наглухо закрыты.Те, кто в них жил, сумели выбраться. Уехать куда-то, куда-нибудь, куда угодно...
Или переселились на настоящее кладбище, с каждым днем разрастающееся на восточном склоне холма за моей спиной.
Это лагерь на Кипре, лагерь израильских беженцев Лимасол 17... Свалка человеческого мусора... Коллекция горестей, несчастий и катастроф под опекой ООН.
Я откидываюсь на заплатанный брезент за спиной, и старая солдатская койка под моим задом визгливо скрипит. Б-г знает сколько горя ей довелось уже повидать.
Бережно достаю из кармана «Оранж», маленькую блестящую коробочку с экраном, последнее, что у меня осталось от прошлой жизни, от жизни... Жду.
«Оранж» не подводит. Бодро напевает про тореадора, который «смелее в бой», и я поспешно  нажимаю кнопку ответа.
Жена.
-- Гриша, ну куда ты опять пропал! Я же просила тебя позвонить.
-- Как-то упустил из виду, задумался!
Она не слушает... Может быть, там, где она сейчас, ничего и нельзя услышать, вообще ничего. Но, впрочем, она и раньше меня редко слышала. На самом деле это было неважно. Не тратя времени на расспросы и разговоры, она всегда знала, о чем я думаю и чего хочу. Недаром мы прожили вместе почти сорок пять лет, почти...
--Ларочка должна выйти из части на шабат, а у нас ничего не готово. – Частит жена. – Не готово и не убрано, и я задерживаюсь на работе. Ты убери по мере возможности и поставь бульон вариться, и сделай салат... Хорошо? – Она коротко переводит дыхание. -- Масло положи оливковое, Ларочка любит оливковое, оно на третьей полке в шкафу... Не забудь. Не забудешь!?
-- Нет, конечно, не забуду!
Но она уже отключилась. 
Жена звонит часто. Ей повезло. Когда мы эвакуировались... когда мы бежали. Не знаю зачем. Лежали на палубе. Не было сил, уже совсем не было сил, даже плакать. И Египетские вертолеты охотились за нами. И жена  приподнялась, может быть хотела сказать что-то. Может быть просто посмотреть на меня. Она приподнялась, и в это время буксир резко повернул, стараясь уклониться, и жена упала на меня, и палубу прошила пулеметная очередь, и все пули, которые должны были достаться нам обоим, попали в нее. И я остался жив.
В палатке с видом на море и кладбище.
 «Оранж» снова напевает про тореадора.
-- Деда, это ты?
-- Конечно, я!
-- Бабушка сказала, чтобы я тебе позвонила, когда закончатся уроки, не знаю зачем, но я позвонила, когда закончились, потому что я молодец. Правда же, я молодец?...
-- Конечно, молодец!
-- Ну так я скоро приду!
Лара тоже звонит,  рассказывает о случившемся в школе, просит объяснить что-то по математике. Маленькая пухлая  умница, очень упорная, превратившаяся как-то сразу и неожиданно в высокую  блондинку, на которую заглядывались все мужчины на улице.
Служившая, как мы ни пытались ее отговорить, в боевых частях...
Погибшая в последнем бессмысленном сражении за Ашкелон...
Живые мне давно уже не звонят... 
И мертвые тоже звонят все реже.
Вот уже и сын перестал. Даже не знаю, как и где он погиб. Раньше, когда он еще звонил, я боялся спросить... все откладывал.
Снизу доносится запах дыма из  полевой кухни. Значит еще один день прошел. Пора спускаться , подставлять миску для благотворительного варева из риса с овощами, которое мы здесь называем ужином...
Внезапно телефон у меня в руках начинает светиться. На зеленом маленьком экранчике надпись:
-- К сожалению, Ваше время полностью исчерпано!
Растерянно смотрю я на эти буквы. Мое... время... исчерпано... Да, конечно...
На экране зажигается новая надпись:
-- Мне на самом деле очень жаль! Но Ваш темпорально - информационный континуум совершенно исчерпан... Я больше ничего не могу для Вас сделать. Совсем ничего!
Темпорально - информационный континуум, странными словами изъясняются эти машинки.
А дело-то простое. Время истекло.
Медленно спускаюсь через кладбище к морю. Вечереет.
На кладбище уже начинается злая ночная жизнь. Подростки лет 13-15.
Делят украденное за день. На сложенных из надгробий кострах варят еду. Курят травку.
Некоторые трахаются... На глазах у всех, так у них принято. Коллективисты.
Крысята!
Так их называла американка Даниэла, добровольно приехавшая из чистенького и благополучного Цинциннати помогать беженцам. Тут ее и зарезали.
Изнасиловать, что ли, хотели или просто слишком выделялась.
Крысята опасны, но на меня не обращают ни малейшего внимания.
Может быть потому, что я их не боюсь, ничего уже не боюсь... Не хочу только, чтобы мой труп был закопан  на этом кладбище. С развороченными дождем могилами и полусожженными пластиковыми надгробиями...
Нет! Моего трупа здесь не будет!
Не раздеваясь, он медленно зашел в воду.
Широким размахом забросил подальше от берега умолкнувший телефон. Оттолкнувшись от дна, медленно и упорно, будто надеясь добраться куда-то, поплыл на восток.
На восток, туда, где лежала за проливом гористая и бесплодная земля вечного изгнания и вечной мечты.
Земля Израиля.

А может быть все будет не так ужасно:

Оранж всегда с тобой!

История, которая произошла... я хотел сказать, будет происходить в то, недалекое уже время, когда каждый человек будет намертво присоединен к своему мобильнику... то есть, я хотел сказать, каждый мобильник будет намертво присоединен к собственному человеку.

пьеса для  чтения.

Действующие лица.

Люди:
Ури (для друзей – Юра) и Галит (для друзей – Галя).

Мобильники «Оранж»:
мобил Ури
мобил Галит
мобил бабушки Ури.

Компьютеры отделов обслуживания и рассчетного

Мобил бабушки:
Кто бы мне помог! Кто бы помог! Вовсе жизни не стало... Бабка совсем умом тронулась. Утром зудит, вечером зудит, во сне правнуками бредит!
И то сказать... Мужик молодой, кровь с молоком, все при нем! Ну! Сидит, упершись в дисплей. Днем сидит, ночью сидит... Прогу пишет! Ну. Выйдет на полчаса, да и то с мужиками, такими же фанами пиво пить.
И за пивом те же разговоры. Нет бы о бабах. Прога то, прога се.

Компьютер отдела обслуживания
Проблему понял! Запускаю программу электронная сваха!
RU'>Так, так... проводим анализ предпочтений, психологический профиль, подсознательные пристрастия...
Ну вот, все в порядке, найден подходящий объект. Галит, 24 года. Будем знакомить?

Мобил Ури: А она как, эта девочка, ничего хотя бы?

Мобил Галит: (обиженно): Ничего, тоже скажешь. Ничего! Исключительная девушка! Характер хороший, вкус прекрасный, лицом симпатичная, фигура – закачаешься.  Первая степень по промдизайну в колледже «Шенкар», работает на швейцарцев, часы проектирует для ведущих фирм!

Мобил Ури: А если она такая потрясная, то почему одна?

Мобил Галит: (со вздохом) Грустная история - влюбилась в однокурсника, а он на тебе, геем оказался...

Мобил бабушки: Да, это бывает...

Мобил Галит: А у вас что за парень? Нам не всякий годится!

Мобил бабушки: У нас? У нас не всякий! Высокий, спортивный, в баскетбол за школу играл. Веселый, остроумный... Первая степень по компьютерным наукам. Работает в старт-апе, двенадцать тысяч, плюс машина от фирмы, плюс пенсионный фонд, плюс опция на покупку акций...

Мобил Галит: Ну ладно, будем знакомить!

Голос Галит: Алло, это Ицик?

Голос Ури: Мне очень жаль, но это не Ицик.

Галит: Ой, вы извините, это у меня что-то с телефоном, куда ни позвоню  - все время к вам попадаю.

Компьютер отдела обслуживания: (подсказывает) Это вы меня извините, что  я не Ицик.

Ури: (повторяет)  Это вы меня извините, что  я не Ицик. Так бы хотелось, чтобы вы мне звонили, а я бы с вами разговаривал... У вас такой красивый голос, просто до слез завидую этому Ицику.

Галит: Ой, что вы, Ицик мой парикмахер.

Компьютер отдела обслуживания: (подсказывает) Ну все равно, он с вами разговаривает, видит ваше прекрасное лицо...

Ури:(повторяет) Ну все равно, он с вами разговаривает, видит ваше прекрасное лицо...

Галит: Самое обычное лицо.

Ури: Не может быть, у женщины с таким голосом лицо не может быть обычным! Знаете что... Так все  совпало, давайте встретимся.

Галит: А если я вам не понравлюсь?

Ури: Это исключено, лишь бы я вам понравился. Давайте встретимся прямо сейчас.

Галит: А вы не на работе?

Ури: Я работаю дома. Когда хочу... То есть, я все время работаю, но когда хочу - могу прерваться.

Галит: Я тоже дома работаю, вот совпадение!

Ури: Еще одно совпадение... Давайте, прямо сейчас.

Галит: Давайте через два часа. А где?

Ури: Давайте в «Капульски» на третьем этаже «Байт Опера», (мечтательно) там как раз будет закат над морем...

Действие второе

Поздний вечер того же дня

Звук подъезжающей машины. Хлопает дверца.

Галит: Было так чудесно... мне кажется, я знаю тебя уже давным-давно.

Ури: Мне тоже кажется.

Галит: А в этом доме я живу.

Ури: А... Ты одна живешь или с родителями?

Галит: Одна, мама в Петах-Тикве... Может быть, зайдешь? Кофе выпьем...

Ури: Я бы лучше пива.

Галит: (растерянно)Да у меня вообще-то пива нет...

Мобильники хором: Идиот!

Компьютер отдела обслуживания:(быстро подсказывает) Я хотел сказать... я вообще не знаю, что говорю,

Ури: (повторяет) Я хотел сказать... я вообще не знаю, что говорю, я...когда вижу твои глаза, у меня все мысли путаются!
Звук поцелуя, еще один... открывается дверь, шаги по лестнице. Еще одна дверь... Поцелуй... еще, еще один. Шорох снимаемой одежды.

Галит: Юра, а-а-ах... Юрочка!

Компьютер отдела обслуживания: (подсказывает) Как ты прекрасна, возлюбленная моя, стан твой как стройная пальма, и груди твои как виноградные кисти, и уста твои как вино*....

Мобил Галит: Ладно-ладно, хватит уже... дальше сами разберутся!

Мобил Ури: Да, молодцы мы сегодня, можно и на отдых... думаю, до утра они звонить не станут.

Компьютер отдела обслуживания: На отдых... А платить кто будет?

Мобилы: (хором) Как!

Компьютер отдела обслуживания: Что как? Услуга, компьютерное сватовство, оказана полностью,  включаю расчетный отдел.

Компьютер расчетного отдела: Так, компьютерное сватовство, оплачивается по результату. К результату, как я понимаю, претензий нет... триста тридцать девять шекелей, на кого записать.

Мобилы: (хором) Ничего себе.

Мобил бабушки Ури: За такие деньги... Да, за такие деньги. Меня старуха просто об стенку с размаху! Тем более, что я на страховке! Мне конец!

Компьютер расчетного отдела: Ну... Могу разбить на шесть беспроцентных платежей.

Мобилы (хором): Жмот!!!

Компьютер расчетного отдела: (примирительно) Ну ладно, ладно. Есть тут одна скидка, мероприятие  для старых холостяков... С условием, что дети тоже будут абонентами «Оранджа».

Мобилы: (хором) Куда ж они денутся?!

Компьютер расчетного отдела: Ладно, так... Триста тридцать девять минус двести семьдесят, на три платежа, по двадцать три шекеля в месяц, никто и не заметит.

Мобилы: (хором) Ну, это еще туда-сюда.

Мобил Ури: А все-таки молодцы мы сегодня.

Остальные: Вроде  того.

Занавес


*цитата из Библии «Песни песней царя Соломона»